За неделю 13–17 апреля котировки на турецком рынке снизились на 3%, до $109,6 за тонну. Европейский индекс (CIF ARA) упал на 7,7%, до $96,2 за тонну, лишившись всей «военной премии» из-за снижения стоимости газа и нефти. Это стало самым низким значением за последние четыре месяца, указывают аналитики.
На цены в Турции, поясняют в NEFT Research, влияет высокая стоимость фрахта и отказ российских поставщиков предоставлять скидки.
В этих условиях стоимость угля в портах юга и северо-запада остается стабильной. По данным аналитиков, на базисе FOB Балтика за неделю 13–17 апреля уголь подешевел на 0,3%, до $74 за тонну, котировки FOB Тамань выросли на 0,2%, до $85,7 за тонну.
«Торговля без дисконтов в Турции стала возможна благодаря локально жесткому спросу, дорогому фрахту и ограниченному выбору альтернативных поставщиков, но это скорее временное окно, чем новая норма»,— говорит младший директор по корпоративным рейтингам агентства «Эксперт РА» Олег Емельченков. По его словам, у российских экспортеров появилась тактическая возможность немного нарастить поставки, однако потенциал роста ограничен уровнем спроса, конкуренцией и высокой стоимостью логистики.
«Пока тренд на снижение экспорта в Турцию»,— отмечает партнер NEFT Research по консалтингу Александр Котов. Он поясняет, что основной запрос идет от цементных компаний, а интерес со стороны турецких ТЭС небольшой, хотя возможно, что летний сезон приведет к росту.
Эксперт по горно-металлургической отрасли Института экономики роста им. П. А. Столыпина Павел Гамов говорит, что экспорт российского угля в Турцию упал на 31% в январе—феврале 2026 года, до 4 млн тонн. В 2025 году, по его словам, отгрузки выросли на 34,6%, до 35 млн тонн, но в 2026-м ожидается спад. Павел Гамов подчеркивает, что возможность продажи без дисконтов на турецкий рынок также связана с сокращением поставок из Колумбии и ЮАР. В результате доля России в турецком импорте угля в 2026 году достигла 65,6%, говорит аналитик.
Дмитрий Исламов, замглавы Минэнерго, в интервью «Эксперту» в марте 2026 года: «По нашим прогнозам, восстановление цен на уголь ожидается не раньше конца 2026 — начала 2027 годов».
По словам Олега Емельченкова, эффект ближневосточного конфликта для угольного рынка оказался краткосрочным, поскольку добавил в цены прежде всего временную риск-премию, но не изменил структурных факторов: слабого и снижающегося спроса на уголь в Европе, высоких запасов и снижения зависимости от импорта в Азии.
Как отмечает начальник управления аналитики Альфа-банка Борис Красноженов, на рынках одновременно сохраняются опасения, что перекрытие Ормузского пролива может стать затяжным, полностью остановить экспорт катарского СПГ и вызвать рост цен на газ на мировых рынках — этот фактор способен поддержать цены на уголь в мае—июне. При этом турецкий индекс, по его словам, менее чувствителен к спекуляциям о быстром завершении конфликта, так как в Турции отсутствуют факторы генерации на АЭС и ВИЭ, которые сильно влияют на угольные котировки в Европе.
Теоретически российские экспортеры, особенно с доступом к портам юга и северо-запада, могут увеличить отгрузки в Турцию, пользуясь растущей конъюнктурой: если индекс CIF Турция держится выше CIF ARA, часть объемов логично перенаправлять туда, говорит аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов. Но, добавляет он, потенциал роста ограничен. По словам эксперта, рост отгрузок сдерживается снижением добычи угля в России, высокой стоимостью перевозки и так далее. Таким образом, считает Владимир Чернов, Турция может лишь временно стать более маржинальным направлением, особенно для южных портов, но это не решает системных проблем отрасли.
