![](https://resizer.mail.ru/p/92e1a471-2d6a-5899-beee-de612e82f489/AQAGIwHjrY4_y0J_RRHi5NhNL0ckzmCZIn--2RzI38ObPCYfkcgBKcXb56cvDutLu1utfuUtTPIotGz_lwEmhVqW__Q.jpg)
Судя по опубликованной Росстатом структуре использования ВВП в первом квартале 2024 года, движущими силами роста экономики — на 5,4% в реальном выражении при росте дефлятора до 13,4% — оказались потребление домохозяйств (рост на 6,7%) и накопление капитала (особенно капвложений — на 12,9%), реальный же объем материальных запасов снижался. В результате доля валового накопления в ВВП выросла в первом квартале 2024 года до 21,4% (19,7% год назад), доля валового накопления основного капитала — до 16,8% с 15,9%, а изменения запасов материальных оборотных средств — до 4,6% с 3,8%. Не уменьшал рост в первом квартале и чистый экспорт, а его доля выросла до 5,6% с 4,6% ВВП год назад.
В результате состав компонентов конечного спроса, который определял динамику ВВП во втором—четвертом кварталах 2023 года, вероятнее всего, изменился. В конце 2023 года основным фактором роста оставалось расширение потребления населения, а вклад накопления основного капитала был заметно ниже. Как отмечают аналитики ЦМАКП (.pdf), в четвертом квартале «бросалось в глаза только одно отличие — очень существенный (больше, чем у инвестиций в основной капитал!) вклад прироста запасов. Скорее всего, это (формирование запасов “впрок”, активнее обычного) — реакция компаний на начало цикла повышения процентных ставок из соображений “через месяц покупать будет дороже”», поясняли они.
Хотя многие наблюдатели (среди них ИНП РАН, Институт ВЭБ, Минэкономики) в апреле 2024 года фиксировали торможение роста, данные Росстата за май показали бурный всплеск ВВП по сравнению с апрелем с учетом сезонности, вызванный увеличением выпуска в обработке (см. «Ъ» от 4 июля). Майская порция макростатистики позволила ЦБ вновь снизить градус интриги перед июльским заседанием по ставке: на форуме Банка России его зампред Алексей Заботкин отметил возросшие аргументы в пользу ее повышения до 17−18%, а глава регулятора Эльвира Набиуллина прямо заявила об отклонении от базового сценария и реализации части инфляционных рисков — 26 июля будут обсуждать лишь масштаб повышения ставки, замечают наблюдатели.
Вместе с этим Алексей Заботкин сообщил о намерении регулятора уточнить прогноз инфляции и динамики ВВП на 2024 год. И если в первом случае очевидно повышение прогноза, то для ВВП ясности пока нет (ЦБ в апреле уже улучшил свой прогноз роста экономики в 2024 году до 2,5−3,5% с 1−2% в феврале). «За первое полугодие, наверное, потребление сложилось выше. В первом квартале данные по инвестициям были выше ожиданий. По второму кварталу по инвестициям пока данные сильно неполные, можно смотреть на какие-то оперативные индикаторы. Для нас в плане инвестспроса важным показателем будет результат нашего мониторинга предприятий за июль и его ежеквартальный блок по инвестактивности», — пояснил замглавы ЦБ.
Самые свежие (июньские) консенсус-оценки FocusEconomics и «Интерфакса» предполагают рост ВВП в 2024 году на 2,7 и 3% соответственно (это укладывается в нынешнюю оценку ЦБ).
В ИНП РАН, в свою очередь, считают, что экономическая динамика позволяет при сохранении тренда ждать прироста ВВП во втором—четвертом кварталах 2024 года на уровне 4% — что даст по итогам года 4,3%. Впрочем, «к факторам риска для экономики РФ в ближайшие месяцы можно отнести негативную реакцию бизнеса на предстоящее повышение налоговой нагрузки, последствия нового пакета санкций США от 12 июня, сокращение добычи нефти, а также дальнейшее ужесточение денежно-кредитных условий, в результате чего текущий прогноз может быть скорректирован в сторону понижения», отмечают в ИНП РАН.
В Институте ВЭБ, в свою очередь, оценивая краткосрочную динамику ВВП, отмечают (.pdf), что среди источников инвестиций в первом квартале 2024 года заметно выросла значимость банковского кредита.
Июньские данные, по которым в ЦМАКП рассчитывают опережающие индикаторы системных финансовых и макроэкономических рисков, свидетельствуют о высокой вероятности падения качества банковских кредитов и дестабилизации системы. Аналитики центра замечают, что переход кредитного рынка к полноценному охлаждению пока откладывается — номинально рост кредитного портфеля банков ускорился, но из-за роста инфляции его динамика в реальном выражении замедлилась.
«Это уже является признаком будущего охлаждения», — отмечают в ЦМАКП, поясняя, что при вероятном повышении процентных ставок (вслед за ростом инфляции) «заемщики, имеющие высокую долговую нагрузку, могут столкнуться с невозможностью за счет привлечения новых заимствований покрыть выплаты по ранее накопленному долгу». Такой сценарий в центре называют «тихим кризисом» (.pdf), который выразится в умеренном росте просроченной задолженности по небольшим кредитам и в ряде вынужденных реструктуризаций по крупным, а концентрация кредитного портфеля и сниженный уровень достаточности капитала у нескольких системообразующих банков может потребовать их докапитализации.