«Прирост наличных в абсолютных значениях с начала года, действительно, оказался выше, чем за аналогичный период 2024 и 2025 годов», — отметил Заботкин. По его словам, по своей динамике текущий всплеск скорее напоминает начало 2023 года.
Доля наличных в денежной массе изменилась несильно. Как уточнил зампред ЦБ, год назад показатель M0 (наличные в обращении) в составе M2 (денежная масса в национальном определении) составлял около 14%, а сейчас — примерно 14,4%. При этом он добавил, что текущее значение все еще ниже уровней, зафиксированных в конце 2024 года. «Перелома тренда не произошло», — подчеркнул Заботкин.
Среди ключевых факторов, подстегивающих спрос на наличные, он назвал потребность в них для повседневных расчетов и создания запаса средств. По словам представителя регулятора, важную роль играет нестабильность электронных способов оплаты: в некоторых кафе или магазинах рассчитаться можно только купюрами из-за сбоев мобильного интернета или неработающих терминалов.
Заботкин также указал, что наличные частично обслуживают теневой сектор экономики. При этом, по его словам, не они «создают риски расширения теневой экономики, а увеличение теневого сектора при прочих равных приводит к росту спроса на наличные». Он пояснил, что из-за серьезного влияния перебоев в работе мобильного интернета в начале года пока сложно разделить, какой из двух факторов сыграл большую роль.
Сам по себе рост объема наличных денег — явление нормальное, подчеркнул Заботкин. «В долгосрочной динамике увеличиваются и наличные, и депозиты, и денежная масса M2 в целом. Это отражает рост номинального ВВП. Отсутствие роста денежной массы было бы скорее признаком экономического спада. Прогноз по росту денежной массы на текущий год составляет 5–10%. Мы рассчитываем, что политика ЦБ в итоге обеспечит такие темпы роста денежных агрегатов, которые совместимы с инфляцией вблизи 4%», — заключил он.
Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.
