Юрист, арбитражный управляющий, председатель объединения арбитражных управляющих СРО «Южный Урал» Вячеслав Курилин сообщил, что закон не предусматривает автоматического списания подобных кредитов. Для их аннулирования требуется активное действие.
«Это значит, что либо сам должник, который выявил данный факт, должен обратиться в банк с требованием аннулирования в досудебном или в судебном порядке. Либо заявителем может выступить банк. Но ключевой момент: если кредит был выдан при действующем самозапрете, то кредитор лишается права требовать возврат как тела кредита, так и процентов, пеней и любых других санкций», — отметил он.
Судебный юрист Александр Малютин сказал, что пока в суды поступает мало таких исков. По его мнению, это говорит о том, что большинство споров решается напрямую с банками.
«Скорее всего, это намекает на то, что большая часть случаев разрешается в досудебном порядке. Банки сами аннулируют кредиты после подачи иска в суд, и истец отказывается от искового заявления», — добавил он.
Малютин советует начинать с официального обращения в кредитную организацию. Чтобы усилить позицию, можно параллельно пожаловаться в ЦБ РФ и Росфинмониторинг. Это заставит банк оперативно реагировать на претензию.
Курилин подчеркнул важный нюанс: если суд признает кредит недействительным, заемщик вправе потребовать исправления своей кредитной истории в Национальном бюро кредитных историй.
Эксперт считает масштабы нарушений огромными. Основной проблемной зоной, по его мнению, стали микрофинансовые организации.
«Скорее всего, большинство фактов — это результат работы МФО. Они слабее технически оснащены. Поток обращений очень большой, а скорость принятия решений традиционно выше. Именно это сочетание факторов делает ситуацию в этом сегменте особенно критичной», — пояснил он.
Юрист указал, что самозапретом пользовались две основные категории граждан. Одни хотели защититься от мошенников или собственных импульсивных трат. Другие — уже погрязшие в долгах люди, пытавшиеся разорвать порочный круг жизни «в кредит». Именно последние, вероятно, чаще всего и проверяли, работает ли система блокировки.
Отдельный случай — когда заемщик сам установил запрет, но затем каким-то образом получил деньги, и у банка есть тому доказательства.
Малютин обращает внимание на строгую формулировку закона. Если кредит выдан при действующем самозапрете, кредитор не может требовать его исполнения, а договор считается незаключенным.
«Однако, на мой взгляд, если такой человек сумел обмануть систему, это не означает, что он не должен вернуть полученные деньги. Не будут действовать условия кредитного договора (сроки возврата, проценты), но к такому гражданину можно будет применить правила о возврате неосновательного обогащения и взыскать с него проценты по статье 395 ГК РФ. То есть остаться с деньгами от банка может не получиться», — предупредил он.
Курилин рассказал, что судебная практика по таким спорам только начинает формироваться, и исход каждого дела будет зависеть от его конкретных обстоятельств.
«Одна ситуация, когда самозапрет был как защита от мошенников, но несмотря на это на человека третьи лица оформили займы. В этом случае человек ничем не рискует — долги аннулируются. И другая ситуация, если человек хитрит: сам блокирует, устанавливает запрет и при этом подает заявки на кредит и получает их. В этом случае практика будет идти по пути выявления мошенничества. Это статья 159 УК РФ. И факт злоупотребления правом — статья 10 ГК РФ. В таком случае человек лишается права на защиту. Если злоупотребление будет установлено, долг не спишут, и плюсом можно получить серьезные проблемы с уголовным законодательством», — заключил юрист.
«Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией».
