По данным издания, Exxon Mobil, у которой в Катаре сосредоточено больше активов, чем у любой другой крупной нефтяной компании, рискует потерять около $5 млрд годовой выручки после того, как газовая инфраструктура страны была повреждена ракетными ударами Ирана. Ремонт, по оценкам государственной QatarEnergy, может занять до пяти лет с учетом ущерба и потерь доходов.
Как отмечается в статье, Exxon также является партнером Saudi Aramco в НПЗ Samref, расположенном на побережье Красного моря. На прошлой неделе Иран атаковал этот объект, но не нанёс ему ущерба. У Exxon есть пять совместных предприятий с Saudi Aramco и саудовской химической компанией по переработке нефти в топливо и производству нефтехимической продукции. Кроме того, согласно WSJ, компания также ведёт деятельность в ОАЭ, где участвует в совместных проектах по разработке нефтяных месторождений.
По данным Goldman Sachs, около 8% операционной прибыли Shell обеспечивают нефть и газ, проходящие через Ормузский пролив, перекрытый Ираном. Помимо завода Pearl, компания также владеет 30%-ной долей в катарской линии по производству СПГ, которая не пострадала в ходе конфликта, пишет WSJ.
Occidental Petroleum, еще один американский производитель нефти, владеет крупной долей в газовом месторождении Шах в ОАЭ, где добыча была приостановлена после атаки иранского беспилотника. Компании, предоставляющие услуги нефтегазовой отрасли, такие как Baker Hughes и SLB, поставляют оборудование для добычи нефти и газа по всему Ближнему Востоку, говорится в статье.
Несмотря на перебои, акции крупных нефтяных компаний выросли на фоне резкого скачка цен на нефть. Фактическое закрытие Ираном Ормузского пролива подняло цену нефти примерно до $100 за баррель, и если война затянется, прибыль Exxon, Shell и других компаний будет только расти, пишет WSJ. По данным издания, с начала конфликта акции Exxon выросли почти на 5%, Shell — на 9%, а ConocoPhillips — на 12%.
