Германия, еще недавно считавшаяся мировым эталоном бюджетной дисциплины, в 2027 году собирается скатиться к рекордным заимствованиям в €203 млрд и тратам на оборону. Тонущий автопром страны — от Volkswagen до Mercedes — массово перепрофилируется под ракетные платформы, рискуя обернуть милитаризацию не экономическим чудом, а структурным коллапсом. Подробности — в материале «Известий».
Влезли в долги
Кабинет министров ФРГ планирует утвердить проект бюджета на 2027 год, в котором общий объем заимствований составит €203,6 млрд, сообщили Reuters источники в министерстве финансов Германии. Объем заимствований вырос с €196,5 млрд, о которых объявляли в апреле, и значительно превосходит €50,5 млрд, запланированные два года назад при предыдущем правительстве.
Основным драйвером увеличения госрасходов стал оборонный сектор. Как сообщает телеканал ZDF, с приходом в 2025 году к власти коалиции ХДС/ХСС и СДПГ во главе с канцлером Фридрихом Мерцем Германия попала на четвертое место в мире по объему военных расходов, уступая лишь США, Китаю и России.
В 2026 году траты на оборону составляли €82 млрд, а в 2027-м достигнут €109 млрд. По сведениям агентства, это связано с намерением властей создать самую боеспособную армию Европы и оказать многостороннюю военную помощь Украине (на эту статью Берлин выделил €11,6 млрд в плане на будущий год). С учетом поддержки Киева и других расходов на безопасность общая сумма составит €130,1 млрд.
Таким образом, ФРГ не только выполняет, но и с запасом перекрывает целевой показатель НАТО в 2% ВВП: в 2026 году расходы на оборону достигнут 2,8% ВВП, а в 2029-м — 3,5%. Немецкий военный бюджет — крупнейший среди других стран Евросоюза. Одной только Украине с 2028 по 2030 год власти ФРГ собираются ежегодно выделять по €8,5 млрд.
Тяжелая ситуация в автомобильной отрасли
Планы коалиции по созданию самой боеспособной армии Европы и оказанию многосторонней военной помощи Киеву уже спровоцировали активную перестройку промышленного сектора. По данным издания Capital, крупнейшие немецкие концерны, традиционно ориентированные на гражданское машиностроение и автопром, всё активнее стремятся интегрироваться в цепочки военных поставок.
Эксперты, опрошенные изданием, обращают внимание на риски, сопряженные с конъюнктурой рынка вооружений, однако геополитические изменения делают этот вектор для многих предприятий почти безальтернативным. При этом переориентация происходит на фоне системных проблем в индустриальной модели Германии. Рост цен на энергоносители, отказ от ядерной энергетики в пользу зеленых источников и усиление конкуренции со стороны китайских производителей привели к тому, что ФРГ утратила лидирующие позиции.
Наиболее болезненная для Берлина ситуация сложилась в автомобилестроении. Концерн Volkswagen планирует сократить до 100 тыс. сотрудников, закрыть четыре завода и уменьшить модельный ряд с 150 до менее чем 100 позиций. Также обсуждаются сценарии продажи части мощностей иностранным инвесторам либо их конверсии. Эксперты в консалтинговых компаниях советуют закрыть восемь из десяти заводов концерна на территории ФРГ, потому что за рубежом производство дешевле.
При этом один из заводов, подлежащих закрытию, планируют перепрофилировать на производство мобильных платформ для ракетных систем.
Перспективы роста именно в военных заказах, по данным опроса Объединения торгово-промышленных палат ФРГ, для себя видит почти треть промышленных компаний.
Помимо Mercedes-Benz и Schaeffler интерес к таким контрактам проявляют Daimler Truck, Heidelberg Druck и Trumpf. Однако, как предупреждает издание Capital, перевод гражданских мощностей на выпуск военной продукции чреват структурными диспропорциями: дефицитом товаров народного потребления, ускорением инфляции и дополнительной нагрузкой на бюджет.
В долгосрочной перспективе это создает риски стагнации, поскольку военное производство генерирует ограниченную добавленную стоимость и ведет к заморозке инвестиций в гражданские инновации.
Немецкий милитаризм
Немецкие власти взяли курс на милитаризацию экономики и переориентацию гражданских отраслей на военные рельсы, подтвердила в беседе с «Известиями» профессор СПбГУ Наталья Еремина. По ее словам, это касается отдельных программ радио- и спутниковой связи, производства снарядов, ракет и новых разработок.
— Ведь именно по этим направлениям можно будет получить наибольший объем поддержки по линии НАТО и Европейского оборонного фонда. Тем более что политическая русофобская колея не изменилась. А это высокие цены на энергоносители, неконкурентоспособность, но изменить позицию не могут. В России это воспринимают крайне негативно, ведь всем нам известно, что такое германский милитаризм, — подчеркнула эксперт.
Старший научный сотрудник ИМИ МГИМО Артем Соколов в разговоре с редакцией напомнил, что проект бюджета ФРГ на 2027 год в части расходов на оборону продолжает курс, заданный политикой Zeitenwende («Смена эпох») правительства Олафа Шольца в 2022 году, ядром которой стала военная реформа. А она, в свою очередь, подразумевает рост трат на нужды вооруженных сил и безопасность в более широком смысле этого слова.
— Немецкий ВПК сейчас чувствует себя очень хорошо, и есть точка зрения у некоторых немецких политиков и экспертов о том, что развитие предприятий военного производства сможет помочь Германии выйти из тяжелой экономической ситуации, связанной с тенденциями на деиндустриализацию страны, с кризисами в автомобильной, химической промышленности, некоторых других областях. И благодаря военному производству Германия может решить проблемы социально-экономического развития, которые накопились за последние годы, — пояснил германист.
Политолог привел также позицию других аналитиков, согласно которой ВПК сам по себе не может выступать драйвером экономического роста. Однако их мнение сейчас «не является превалирующим в рамках процесса принятия решений», который для России представляет собой потенциальный источник угрозы.
— Но необходимо делать поправки на то, что нынешние значительные траты на немецкую армию в некотором смысле являются последствиями той ситуации, которая была после завершения холодной войны до 2022 года, когда бундесвер недополучал значительные суммы денег. И с этой ситуацией были не готовы мириться многие немецкие граждане, даже те, которых сложно заподозрить в симпатиях к милитаризму, — уточнил аналитик.
Специалист добавил, что важно также учитывать коррупционную составляющую.
— Опыт пандемии коронавируса показал нам, что в рамках немецкого государства коррупционные схемы не только существуют как отдельные явления, но и активно практикуются и масштабируются. Поэтому сейчас не все крупные суммы, выделяемые на цели и задачи в сфере обороны, будут направлены и растрачены необходимым образом, — подчеркнул Соколов.
В целом ситуация с перевооружением Германии и других стран Европейского союза, которые входят в НАТО, не добавляет стабильности европейской системе безопасности, отметил политолог. Но призвал «внимательно следить за этими процессами и не впадать в крайность алармизма».
