В издании напомнили, что Банк России говорил о планах запретить банкноты «фабрики приколов». На этом фоне Трачуку задали вопрос, зачем нужны такие меры и могут ли где-то принять такие купюры.
«С одной стороны, визуально такие сувенирные изделия действительно могут восприниматься человеком как платежное средство, хотя полноценной подделкой их назвать нельзя. Проблема возникла в сегменте устройств самообслуживания», — ответил глава Гознака.
Он пояснил, что после ухода с российского рынка ряда зарубежных вендоров часть банкоматов осталась без регулярного технического обслуживания и обновлений ПО. Если злоумышленники знают особенности контроля и приема банкнот конкретным устройством, они могут адаптировать даже не самую совершенную копию под те признаки, которые проверяет валидатор.
«И в этот момент сувенир превращается в инструмент фальшивомонетничества. При этом предъявить претензии к производителям таких “сувениров” в рамках действующего законодательства сложно: при обычном визуальном контроле, без специального оборудования отличить такую адаптированную подделку от “сувенира” очень сложно», — подчеркнул Трачук.
Он добавил, что в целом вероятность столкнуться с подделкой в повседневной жизни минимальна. Но для Гознака и Банка России любой случай, когда фальшивка принимается устройством, критичен и требует реакции.
Иногда появляются сообщения о подобных инцидентах, но это единичные случаи — буквально десятки на всю страну. «Они не влияют на общую систему расчетов, но мы обязаны свести эту вероятность к абсолютному нулю», — заключил гендиректор Гознака.
«Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией».
