Как отмечается в статье, с момента начала войны резко выросли страховые премии за военные риски для судов, проходящих через Ормузский пролив. По данным ближневосточного издания Khaleej Times, если до войны страхование обходилось примерно в 0,25% стоимости судна, то в прошлом месяце этот показатель вырос до 3−8%. Согласно статье, в результате страховые расходы на однократный проход крупного нефтяного танкера через пролив достигают $3−8 млн. Увеличение страховых и фрахтовых ставок в конечном итоге ложится дополнительным бременем на страны-импортеры нефти.
Даже после снятия блокады нефтедобывающие государства намерены продолжать использовать маршруты в обход Ормузского пролива, пишет Chosun Biz. Саудовская Аравия увеличила объемы поставок нефти через порт Янбу на Красном море до 4,5 млн баррелей в сутки. Согласно статье, это составляет около 60% довоенного экспортного объёма, и после начала войны поставки по этому обходному маршруту выросли более чем втрое. ОАЭ также значительно нарастили экспорт через порт Фуджейра на побережье Оманского залива: через него можно экспортировать до 1,8 млн баррелей нефти в сутки. Кроме того, страна строит новый трубопровод, который планируется ввести в эксплуатацию в 2027 году.
По мнению ряда экспертов энергетического рынка, совокупность этих изменений может привести к тому, что объёмы перевозок через Ормузский пролив уже не вернутся к прежнему уровню даже в случае полной нормализации судоходства. Согласно Chosun Biz, пока судоходные компании избегают маршрута через пролив, а производители делают ставку на обходные пути, после его открытия объем перевозок оценивается примерно в 16 млн баррелей в сутки — на 20% ниже пикового уровня в 20 млн баррелей.
Эксперты считают, что на полное восстановление глобальной цепочки поставок нефти потребуется от 60 до 90 дней. Причиной являются большие расстояния морских перевозок и логистически сложные места. Только на то, чтобы скопившиеся в регионе суда поочередно покинули Ормузский пролив и совершили рейс в Азию, избегая перегруженных портов, потребуется около трёх недель, говорится в статье.
В ходе этого конфликта Иран впервые нарушил многолетнее негласное табу на блокирование Ормузского пролива. Для Тегерана пролив перестал быть лишь территориальными водами или торговым маршрутом: он превратился в инструмент асимметричного давления на Запад, позволяющий воздействовать на одну из ключевых артерий мировой экономики, пишет Chosun Biz.
Поэтому, по данным издания, на инвестиционных рынках преобладает мнение, что мировые цены на нефть в ближайшее время вряд ли вернутся к уровню около $60 за баррель, который наблюдался до войны. Премия за геополитический риск, связанная с возможностью нового закрытия пролива в случае очередного кризиса, теперь накладывается на сохраняющиеся логистические проблемы.
Даже если непосредственная угроза перебоев с поставками исчезнет, структурная уязвимость мировой энергетической системы, выявленная войной с Ираном, никуда не делась, подчеркивает Chosun Biz.
