По его словам, ближневосточный конфликт «стал глобальным потрясением, последствия которого будут ощущаться и после его завершения». «Он повлечет за собой длительный экономический эффект, сопоставимый с последствиями пандемии, и это будет влиять на жизнь каждого человека по всему миру», — сказал Альбанезе, подчеркнув, что Австралия, несмотря на удаленность от зоны боевых действий, «не застрахована от таких последствий».
Премьер также указал на значительное влияние глобальных сбоев в цепочках поставок на австралийскую экономику. «Мир изменился, и мы должны признать это и отреагировать на перемены, построив более устойчивую, самостоятельную экономику, опирающуюся на собственные ресурсы и конкурентные преимущества», — отметил он.
Дефицит автомобильного топлива в стране возник на фоне резкого роста мировых цен на нефть из-за конфликта на Ближнем Востоке. В целом поставки топлива в Австралию не были нарушены, однако ситуацию осложнили панические закупки, вызвавшие локальные перебои и опустошение автозаправок. В ответ власти направили на внутренний рынок часть стратегических запасов топлива. Позднее премьер-министр объявил о внеочередном заседании национального кабинета, посвященного мерам по стабилизации ситуации.
По данным Министерства энергетики Австралии, страна импортирует около 85−90% потребляемых нефтепродуктов, закупая порядка 800−900 тыс. баррелей в сутки (примерно 130−140 млн литров) из Южной Кореи, Сингапура, Малайзии, Индии и Японии. Собственная добыча нефти и конденсата составляет около 300−350 тыс. баррелей в сутки. Стратегические запасы топлива покрывают примерно 50 дней потребления (с учетом резервов за рубежом), при этом более 75% внутренних грузоперевозок осуществляется автомобильным транспортом.
