Проблему пытаются решить с помощью маркировки — с 1 сентября для меда она станет обязательной, фальсификат можно будет блокировать на кассе. Но пчеловоды считают, что вместо защиты потребителей рынок может столкнуться с исчезновением отечественного продукта с полок.
Сладкая химия
Картина, которую нарисовали общественники на основе лабораторных исследований, выглядит удручающе. Главный способ обмана — добавление в натуральный мед дешевой патоки (глюкозо-фруктозного сиропа из крахмала, кукурузы или отходов свекловичного производства). Экономика проста: оптовая стоимость карамельной патоки, максимально похожей на мед по цвету и вкусу, составляет 50−60 ₽/кг. А самый дешевый магазинный мед продается по 300 ₽/кг.
Фальсификаторы хорошо изучили методики контроля: они научились искусственно добавлять в продукт амилазу (фермент, определяющий диастазное число — основной показатель натуральности и зрелости меда) и пролин (аминокислоту), чтобы пройти лабораторные проверки. В продукции одного из московских производителей диастазное число оказалось завышено в четыре раза по сравнению с максимальными показателями, характерными для липового меда. Но и это не является безусловным доказательством подделки: амилазу активно используют при производстве самой патоки, поэтому фальсификат может иметь «правильные» показатели.
Отдельная история — так называемый «сахарный мед», когда пчел кормят сиропом вместо сбора нектара. Формально это тоже мед, но пищевой ценности он не представляет.
Контрольный укус
Роскачество, которое с 2024 года ведет мониторинг рынка, подтверждает масштаб проблемы. Осенью 2024 года проверка 21 торговой марки показала, что лишь 20% продукции соответствуют обязательным требованиям по пролину и диастазному числу. Тогда нарушители оперативно убрали подозрительные бренды с полок.
«Наиболее распространенное нарушение — несоответствие заявленного ботанического вида меда фактическому содержимому, — пояснили “РГ” в организации. — Вместо акациевого или липового меда в упаковке часто оказывается подсолнечниковый. Производители идут и на грубую фальсификацию, добавляя патоку или сахарный сироп».
Популярна и спекуляция географией: надписи «алтайский» или «башкирский» создают у потребителей иллюзию экологичности и качества, хотя документального подтверждения происхождения у продавцов зачастую нет.
В августе 2025 года Роскачество совместно с Минпромторгом и Минсельхозом инициировало подписание Хартии добросовестных участников рынка меда. Очередное исследование продукции запланировано на весну 2026 года — мониторинг будет продолжаться, пока количество нарушений не придет в норму, подчеркнули в Роскачестве.
Маркировка как лекарство
В Союзе считают, что решить проблему фальсификата поможет обязательная маркировка и блокировка продажи фальсифицированного меда. «Высокая вероятность полной блокировки реализации фальсифицированной продукции делает ее производство и оборот связанными с большим риском, что может стать важным дисциплинирующим фактором для предпринимателей», — говорится в письме общественников в адрес главы Минпромторга Антона Алиханова (есть у «РГ»).
Как пояснили «РГ» в Минпромторге, уже с 1 сентября 2026 года вступает в силу постановление правительства об обязательной маркировке меда, в том числе искусственного, упакованного в потребительскую тару. Также предусмотрен механизм блокировки розничных продаж нелегальных или просроченных товаров на основании сведений из информационной системы маркировки. Этот механизм уже отлично зарекомендовал себя на других категориях товаров — например, продажи просроченной молочной продукции снизились в 199 раз, а всего заблокировано более 3 млрд некачественных или нелегальных товаров, подсчитывают в Минпромторге.
При этом в ведомстве подчеркивают, что полноценно эффекты от внедрения маркировки могут быть оценены не сразу, а только после вступления в силу всех этапов, включая поэкземплярную прослеживаемость, позволяющую отслеживать товародвижение на всех этапах «жизненного цикла» продукции в товаропроводящей цепи, и других механизмов информационной системы маркировки.
Однако другое мнение относительно маркировки у производителей меда. Председатель Союза пчеловодов России Валерий Михеев говорит, что 94% пчеловодов в стране — это личные подсобные хозяйства, они в основном продают свою продукцию по наработанной клиентской базе, и для них требования маркировки могут стать непосильными. «Чтобы нанести маркировку “Честный знак”, нужно закупать оборудование, программы. Даже для крупных хозяйств это непосильная ноша», — объясняет Михеев.
Он считает, что маркировка вместо обеления рынка, напротив, приведет к тому, что пчеловоды уйдут в тень, а на прилавках магазинов окажется не отечественный, а импортный продукт из Канады и Бразилии.
По словам Михеева, пчеловоды не против контроля — они уже работают в государственной информационной системе «Меркурий», которая отслеживает перемещение продукции. Ее достаточно, чтобы выявлять и наказывать фальсификаторов: нужно просто отследить, сколько меда заходит от пчеловода к переработчику, а сколько выходит от переработчика на полку. Фальсификат, по его мнению, появляется как раз на стадии переработки и фасовки. Сами пчеловоды-производители не продают свою продукцию в сетях, они ее реализуют крупным перерабатывающим компаниям, а уже те работают с сетями. Непосредственно пчеловод-производитель не будет производить фальсификат, так как он рискует своей репутацией и наработанной долгими годами клиентской базой, утверждает Михеев.
Что на полке
В Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ), в свою очередь, уверяют: в федеральных сетях действует многоступенчатая система контроля, сводящая случаи фальсификата к минимуму. Единичные нарушения возможны из-за недобросовестных поставщиков, которые после проверок подменяют часть партии. При выявлении таких фактов сети немедленно прекращают с ними сотрудничество, подчеркивает председатель президиума АКОРТ Станислав Богданов.
По его словам, сегодня в магазинах представлено от 5 до 56 позиций меда — от классических цветочного и гречишного до лавандового и каштанового. Более 99% — отечественного производства. Ассортимент включает фасовку от 20-граммовых порций до крупных упаковок и сотового меда.
Продажи меда в 2025 году в натуральном выражении снизились на 10% при росте в денежном выражении на 10%, подсчитывают в исследовательской компании NTech.
По данным Минсельхоза, производство меда в 2025 году ожидается на уровне 60 тыс. тонн, что соответствует средним многолетним значениям. Этот объем позволяет полностью обеспечить внутренний рынок. Лидеры — Алтайский край (почти десятая часть общероссийского объема) и Башкирия (свыше 5,6 тыс. тонн в 2025 году, рост на 112% к предыдущему году). Пчеловодам доступны различные меры господдержки — гранты, субсидии на племенное пчеловодство, льготное кредитование и возмещение части страховых взносов.
