«Эскалация военного конфликта в Иране влияет на инфляцию в России через два основных канала, которые действуют в противоположных направлениях», — сказал он.
С одной стороны, пояснил эксперт, угроза блокировки Ормузского пролива, через который проходит около 20% мировой нефти и 30% сжиженного газа, уже привела к росту цен на энергоносители: Brent может подорожать до $95−100 за баррель и выше. Для России это означает увеличение нефтегазовых доходов. Так, по экспертным оценкам, рост стоимости нефти на один доллар за баррель может приносить бюджету около 150 млрд рублей.
Однако прямой эффект на внутренние цены будет ограничен, продолжил специалист. Стоимость бензина в России зависит не столько от мировых котировок, сколько от акцизов, демпферных механизмов и ситуации с ремонтами НПЗ, поэтому розничные цены на топливо вырастут умеренно, в пределах прогнозируемой инфляции 5−7%.
С другой стороны, парадоксальным образом эскалация в Иране может помочь сдерживанию инфляции в России через валютный канал. Глава Банка России Эльвира Набиуллина прямо указывала, что низкие цены на нефть создают риск ускорения инфляции именно через ослабление рубля.
Сейчас ситуация обратная: рост нефтяных котировок и потенциальное увеличение спроса на российскую нефть со стороны Китая и Индии (в случае выпадения иранских поставок) увеличат приток валютной выручки. Это компенсирует решение Минфина временно приостановить валютные интервенции и удержит курс доллара в диапазоне 77−80 рублей.
«Укрепление рубля, в свою очередь, будет сдерживать рост цен на импортные товары и компоненты, выступая естественным антиинфляционным фактором. Таким образом, при умеренном сценарии развития конфликта совокупный эффект для российской инфляции может оказаться нейтральным или даже слегка положительным», — заключил Егор Зиновьев.
«Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией».
