Такую картину обрисовал Яков Филевский, эксперт по социотехническому тестированию Angara Security.
«Чаще всего вход идет через мессенджеры, прежде всего, Telegram и WhatsApp (владелец — компания Meta*, признана в России экстремистской и запрещена), поскольку ими пользуются практически все. Социальные сети — второй по популярности канал. Однако, по моим оценкам, востребованность соцсетей в России сейчас падает, поэтому коммуницировать в них становится сложнее. В соцсетях и мессенджерах вербовщикам особенно интересны профильные сообщества — рабочие, по интересам, игровые — ведь они являют собой готовый контекст для взаимодействия», — рассказал он.
Филевский выделил два типовых сценария вербовки. Первый — самый опасный: обман с последующим принуждением. Сначала человека делают жертвой классического мошенничества. Это те истории, которые мы слышим каждый день: взлом Госуслуг, «на вас оформили кредит», финансирование экстремистских или террористических организаций.
«Иногда человека ловят на протестных настроениях, неосторожных эмоциональных высказываниях, которые попадают под действия КоАП и УК РФ. Злоумышленники делают скриншоты и угрожают отправить их в ФСБ России, Следственный комитет и в другие инстанции. Все переписки в публичных чатах открыты, а комментарии в соцсетях можно искать или даже наткнуться на них случайно», — объяснил специалист.
Когда жертву запугали, отбросили бдительность и изолировали от знакомых, ей предлагают новую роль. Уже не жертвы, а якобы участника «спецпроверки» или «оперативной помощи». Человеку говорят, что нужно срочно выполнить действие, чтобы доказать лояльность, помочь следствию, спасти родителей или весь мир. Именно поэтому некоторые жертвы мошенников совершают поступки, которые со стороны кажутся безумными: они мыслят не как преступники, а как люди, загнанные в искусственно созданную чрезвычайную ситуацию.
«Второй сценарий проще и циничнее: открытое предложение выполнить задание за деньги. Криминал маскируют под простую разовую подработку, квест, непыльную задачу, анонимный заработок. Особенно уязвимы две категории: те, кто уже привык к цифровой культуре микрозаработка, и те, кто имеет делинквентное поведение и криминальное мышление. Вербовка идет ступенчато: сначала мелкая и вроде бы безобидная задача, потом проверка на послушание, после риск резко повышается», — рассказал Филевский.
Эксперт отметил важный тренд: мошенники уходят от массового обзвона к точечным атакам в мессенджерах. Причина — ужесточение контроля за звонками и блокировка голосовой связи в иностранных мессенджерах. Но внутри мессенджеров можно копировать официальные аккаунты, профили знакомых и даже выстраивать целый «театр ведомств» из нескольких собеседников.
«Есть сценарии смешения мошенничества и вербовки. Если раньше у человека просто крали деньги, а теперь его все чаще пытаются использовать еще и как инструмент. Вместе с этим чаще происходит вовлечение молодежи: преступления в определенных сообществах подаются как быстрый способ получить деньги, статус, адреналин и ощущение принадлежности к “своим”, — сказал он.
Секрет таких схем не в доверчивости или наивности, а в грамотной атаке на нормальную человеческую психику. Вербовщик не убеждает человека стать преступником. Он создает у него туннельное состояние: срочность, страх, стыд, вина, секретность, запрет советоваться с близкими, ощущение, что времени на паузу нет. В этом состоянии даже вполне зрелый, работающий, социально благополучный человек начинает мыслить узко. Он скорее захочет поскорее снять напряжение и решить вопрос, нежели неделями мучиться от «следственных проверок» и угроз мошенников.
«И если человеку в этот момент выделить сценарий с возможностью быстро решить проблему, он может шагнуть гораздо дальше, чем смог бы в обычной жизни», — резюмировал он.
Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.
