На данный момент в нем участвуют все страны объединения. Из 16 заявок на финансирование, впрочем, сейчас одобрены только 5 — от этих проектов, по предварительной оценке, национальные бюджеты стран союза за пять лет смогут получить до 3,7 млрд руб. дополнительных налоговых поступлений. В ЕЭК отмечают, что, хотя число одобренных кооперационных проектов невелико, интерес бизнеса к механизму растет.
Совет ЕЭК — наднациональный орган Евразийского экономического союза (ЕАЭС) — рассмотрел доклад о ходе реализации механизма финансирования кооперационных проектов в промышленности и итогах применения этого инструмента на практике, следует из релиза, опубликованного пресс-службой комиссии. Пока власти ЕАЭС одобрили только пять кооперационных проектов. Дополнительные налоговые поступления от них в национальные бюджеты стран союза (сейчас в реализации таких проектов задействованы все пять государств—членов ЕАЭС: Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и РФ) оцениваются в 3,7 млрд руб. в ближайшие пять лет.
На стадии реализации сейчас находятся три инициативы: как уточнили «Ъ» в пресс-службе ЕЭК, это проекты выпуска стрелочной продукции для строительства высокоскоростных железнодорожных магистралей, сельхозтехники и компонентов для железнодорожного транспорта.
Первичную экспертизу прошли еще 8 проектов, всего же комиссией было получено 16 заявок с общим запросом на финансирование около 18 млрд руб. На субсидирование в 2026 году при этом выделено около 8,8 млрд руб., сообщили «Ъ» в пресс-службе комиссии, срок такого субсидирования составляет пять лет, за это время проекты должны быть реализованы. Механизм предполагает предоставление предпринимателям льготных кредитов на развитие промышленных проектов: на льготу отводится 10% от средств, получаемых ЕАЭС от антидемпинговых пошлин. В ЕЭК подчеркивали, что использование такого инструмента снижает расходы бизнеса на платежи по кредитам в среднем в пять раз.
Как отметил вице-премьер Казахстана, председатель Совета ЕЭК Серик Жумангарин (к этой стране в 2026 году перешло председательство в ЕАЭС), пять совместных проектов промышленной кооперации — «это на самом деле очень мало». Тем не менее после их одобрения «интерес бизнеса к новому инструменту заметно вырос», отметила, в свою очередь, министр по промышленности и АПК ЕЭК Гоар Барсегян.
В союзе также понимают, что «углубленная интеграция» стран-членов невозможна без промышленной кооперации, так что механизм субсидирования расширяют и на агропромышленный сектор, сообщил Жумангарин.
Решение, впрочем, не новое: год назад на заседании межправсовета ЕАЭС в Алматы о нем говорили как об уже принятом (см. «Ъ» от 1 февраля 2025 года).
Концепция промышленной кооперации в ЕАЭС в ответ на давление третьих стран обсуждалась в союзе еще до введения против РФ беспрецедентных санкций 2022 года (см. «Ъ» от 6 февраля 2021 года). Механизм же финансирования кооперационных проектов, напомним, был запущен летом 2024-го — и тогда премьеры говорили о недостаточности темпов его развития (медленное прохождение проектов вызывало критику: так, к осени 2025 года было одобрено всего 2 проекта, тогда как 11 ждали рассмотрения; см. «Ъ» от 30 сентября 2025 года). Для более активного включения компаний в разработку российской стороной было предложено наладить способы информирования бизнеса о доступных ему возможностях (см. «Ъ» от 13 декабря 2024 года). В конце 2025-го, однако, речь зашла уже о приоритетном порядке предоставления таких субсидий, а именно предприятиям, использующим передовые технологии и искусственный интеллект (см. «Ъ» от 12 декабря 2025 года). И в 2026 году страны ЕАЭС действительно намерены сделать упор на цифровизацию и использование ИИ-технологий, подчеркнул Серик Жумангарин.
