Несмотря на заявления о готовящемся перемирии на Ближнем Востоке, маловероятно, что новый виток конфликта быстро завершится, считают опрошенные «Известиями» эксперты. Если боевые действия продлятся до конца года, то средняя цена Urals способна дойти до $80–85 за баррель. В таком случае казна сможет получить дополнительные доходы — как минимум 2,5 трлн. рублей. Однако и это не решит полностью проблему дефицита бюджета — он уже составляет 6 трлн. рублей. Как власти могут закрыть недостачу — в материале «Известий».
Как изменятся доходы бюджета
Эскалация конфликта на Ближнем Востоке продолжается уже больше 100 дней. В последние дни разразилась острая фаза столкновений между Ираном и Израилем. Дональд Трамп еще 7 июня заявил, что Тегерану после нанесения ракетного удара по еврейскому государству следует сконцентрироваться на переговорах. Позже, 9 июня, он сообщил, что Израиль и Иран договорились воздержаться от новых ударов друг против друга как минимум на ближайшую неделю.
10 июня президент США подчеркнул: Иран слишком долго тянул с соглашением и теперь будет платить за это. В целом американский лидер за всё время конфликта на Ближнем Востоке успел минимум 37 раз сообщить о том, что Вашингтон и Тегеран близки к подписанию мирной сделки, подсчитал телеканал CNN. Предполагается, что он либо пытается успокоить финансовые рынки, либо полагает, что действительно может воплотить такой сценарий в жизнь.
Впрочем, как полагают опрошенные «Известиями» эксперты, военное столкновение на Ближнем Востоке не разрешится в ближайшие месяцы. Большинство из них уверены: боевые действия продлятся как минимум до конца года. Игроки рынка прогнозов Polymarket также полагают, что постоянное мирное соглашение между Вашингтоном и Тегераном возможно заключить лишь к 31 декабря. Вероятность таких событий там оценивают в 67%. На это поставили уже $9,3 млн.
Столкновения на Ближнем Востоке подтолкнули вверх нефтяные котировки. Почти за 3,5 месяца Brent прибавила больше четверти — почти $94 за баррель, а стоимость Urals взлетела в 1,5 раза — до $88,5 за баррель (к 20:00 мск 10 июня). За последние 100 дней в моменте обе нефтяные марки поднимались выше $110 за бочку.
Если конфликт вокруг Ирана продлится до конца года, то средняя цена на нефть в 2026-м резко подскочит по сравнению с прошлым годом (тогда российское сырье продавали за $55,6 за баррель). В этом же году Urals при таких обстоятельствах будет стоить в среднем около $80–85 за баррель, а Brent — чуть выше — $90–105, следует из усредненной оценки экспертов. Редакция уточнила в Минэке, планирует ли ведомство повышать ожидания цен на сырье.
Федеральный бюджет на этот год верстался исходя из $59. Именно на основе этого показателя запланирован объем нефтегазовых доходов — 8,9 трлн рублей.
Однако если конфликт затянется, то средняя цена Urals за год с учетом уже прошедших месяцев может выйти примерно на $78–84, полагает аналитик Freedom Global Владимир Чернов.
По его оценкам, один доллар в среднегодовой цене нефти принесет казне порядка 230 млрд. Он пояснил: рассчитать это можно следующим образом. По данным Минфина, нефтегазовые доходы в 2025-м составили почти 8,5 трлн против 11,1 трлн годом ранее. В это же время Минэк оценил среднегодовую цену Urals в прошлом году в $55,6 за бочку. В 2024-м она стоила $66,6. Если поделить разницу в 2,6 трлн рублей на $11 за баррель снижения цены на нефть, получается, примерно 230 млрд рублей доходов или потерь.
Однако есть важная оговорка: поступления топливных доходов зависят также от курса рубля, объемов экспорта и дисконта Urals. Так, с начала года нацвалюта окрепла почти на 10% — до 71,73 руб./$.
Если учесть все эти составляющие, то до конца года от дорогой нефти бюджет может получить дополнительно 2–2,6 трлн, полагает Владимир Чернов. Больше вряд ли получится именно из-за крепкого рубля, снижения экспорта и всё той же скидки на Urals. В то же время экономист Ольга Гогаладзе дала более позитивную оценку — 3,3–3,9 трлн. При этом наиболее вероятно склонение к нижней границе.
Быстрое разрешение ситуации на Ближнем Востоке и открытие Ормузского пролива маловероятны, считают эксперты. Но даже при таком сценарии стоимость нефти вряд ли мгновенно откатится назад. По оценкам аналитиков, в таком случае средняя цена Urals в этом году составит $60–65 за баррель, а Brent — около $70–75. При этом раскладе в бюджет может поступить около 1 трлн.
В пресс-службе Минфина сообщили «Известиям», что пока преждевременно давать оценки. Динамика поступлений во многом зависит от развития внешнеэкономической ситуации, в том числе ситуации на мировом нефтяном рынке, добавили там.
И как власти будут закрывать дефицит
Дополнительные поступления от дорогой нефти вряд ли смогут покрыть существенную часть дефицита казны. По данным Минфина за пять месяцев 2026-го, недостача финплана достигла 6 трлн. Но говорить о том, что она останется такой до конца года нельзя: деньги в течение 12 месяцев расходуют неодинаково.
В последние годы Россия пытается сократить зависимость от нефтегазовых доходов. Как отмечал президент Владимир Путин на ПМЭФ, еще несколько лет назад часть ВВП РФ, связанная с нефтегазом, была на уровне 45–46%. Для сравнения, сейчас она уменьшилась вдвое — до 23%. Он объяснил, что от высоких цен на топливо страдают в том числе другие отрасли российского производства, поэтому необходимо соблюдать баланс.
Сейчас российские власти пытаются разрешить проблему дефицита бюджета не только через нефтяной сектор. Например, ФНС усилила контроль за крупными налогоплательщиками. Речь идет о компаниях с доходом более 10 млрд рублей ежегодно. За первые три месяца 2026-го число выездных проверок выросло втрое по сравнению с I кварталом прошлого года — до 42 против 13. В то же время размер доначислений увеличился почти в восемь раз — до 9,4 млрд, следует из данных налоговой службы.
Также 8 июня стало известно, что правительство внесло на рассмотрение в Госдуму проект поправок в Бюджетный кодекс. Одна из них предлагает разрешить Минфину занимать на внутреннем рынке свыше предела госдолга, предусмотренного финпланом. Это дает ведомству возможность быстрее наращивать выпуск ОФЗ при дыре в бюджете, пояснил Владимир Чернов из Freedom Global.
Кроме того, правительство предпринимает и другие меры — занимается обелением экономики, пересматривает параметры ряда инвестпроектов и сокращает расходы на административный аппарат в ведомствах, добавил директор центра региональной политики ИПЭИ Президентской академии Владимир Климанов.
Если же дефицит казны не удается закрыть и такими способами, то стоит прибегнуть к приватизации и использованию остатков на счетах бюджета. Однако возможности для продажи госимущества ограниченны, а остатки средств связаны с Фондом национального благосостояния (ФНБ), ликвидная часть которого сейчас и так небольшая, и при высоких ценах на нефть действуют правила его накопления, а не изъятия денег, добавил Владимир Климанов.
Значит, главным направлением должно стать наращивание долговых обязательств (через выпуск новых ОФЗ), ведь уровень нагрузки находится на вполне безопасном уровне и не достигает 20% ВВП, отметил эксперт.
Однако у такого варианта есть ряд рисков: увеличение выпуска гособлигаций повышает нагрузку на долговой рынок — для привлечения инвесторов придется предлагать более высокую доходность и учитывать уровень ключевой ставки (сейчас она 14,5%), добавил Владимир Чернов. По его словам, чрезмерный объем заимствований может привести к удорожанию обслуживания госдолга, снижению цен на ОФЗ и оттоку ликвидности от корпоративных заемщиков.
В целом же дополнительные нефтегазовые поступления не смогут полностью закрыть дефицит бюджета. Однако у властей остаются опции. К слову, глава Минфина Антон Силуанов на ПМЭФ заявил, что дефицит бюджета несколько возрастет. Но корректировка параметров финплана «не должна привести к существенным изменениям объемов внутренних заимствований».
