На рейде южнее города-государства все еще держатся около 40 млн баррелей иранской нефти — традиционно именно там сырье перегружают с борта на борт перед финальным броском к Китаю.
По оценкам Kpler, свободными остаются не более 10% этого объема, всего два супертанкера.
Жесткий разворот произошел в середине июля, когда США возобновили кампанию по пресечению серого трафика. С тех пор не менее 41 млн баррелей застряли в Персидском заливе, а к ним добавились 22 пустых танкера, подсчитали в той же Kpler. Под давлением оказался не только Иран: независимые китайские НПЗ — «чайники» — лишаются своего главного дисконтного поставщика.
Старший нефтяной аналитик Kpler Мую Сюй предупреждает: к концу сентября покупатели могут столкнуться с практически полным обнулением новых партий из Ирана. Дефицит даст Тегерану повод поднять ценник.
Рынок это уже почувствовал. На этой неделе предложение на иранскую Light поднялось на 3,50 доллара за баррель — теперь оно выше котировки Brent на ICE. Еще семь дней назад дисконт составлял примерно те же 3,50 доллара, только со знаком «минус».
Вашингтон готовится вкрутить новые санкционные гайки. Министр финансов Скотт Бессент анонсировал «самую масштабную скоординированную экономическую изоляцию в истории», детали которой раскроют в ближайший понедельник. Под ударом могут оказаться китайские порты и НПЗ, получающие иранскую нефть, а значит, линия напряжения между США и Китаем может усилиться.
Когда спрос в Китае просел, запасы у Сингапура начали полниться. Теперь, на фоне свежих закупок, добывающим компаниям, вероятно, придется искать альтернативный источник сырья либо сокращать переработку уже с октября.
Объявив о предстоящем ужесточении, Скотт Бессент оживил риторику начала 2000-х и поделил мир на «друзей и врагов». В интервью CNBC он пообещал «самую масштабную скоординированную экономическую изоляцию в истории». Он пообещал представить дорожную карту уже в понедельник, однако аналитики считают: столь грозные слова могут быть признаком того, что у Вашингтона заканчиваются рычаги давления.
Китай — самый уязвимый элемент схемы. Страна закупает до 90% всего иранского «черного золота». Обложить санкциями порты и заводы Пекина — значит проверить на прочность и без того хрупкое торговое перемирие перед визитом Си Цзиньпина в США. Bloomberg задается вопросом: рискнет ли Белый дом? Жесткие шаги могут спровоцировать ответные меры вроде ограничений на экспорт редкоземельных металлов.
Ответ Пекина не заставил ждать. Китай назвал подобные инициативы «экономической войной» и дал понять, что не позволит диктовать, с кем ему торговать.
Американские ультиматумы расширяются: Вашингтон грозит «колоссальными последствиями» любому государству, от ОАЭ до Ирака, чьи порты или банки окажутся вовлечены в обслуживание Ирана. Перечень запретов включает нефтяные свопы, обменники и работу «подставных» судов.
Али Ваэз из Международной кризисной группы напоминает: у США нет ресурсов для многомесячной осады, а Тегеран умеет обходить препятствия. Бывший сотрудник Минфина Клэр О’Нил Макклески добавляет: без удара по конкретному зарубежному банку санкционная кампания останется «сотрясением воздуха». Рынки, Пекин и союзники ждут: пойдет ли Вашингтон ва-банк или это всего лишь шум перед встречей в Овальном кабинете.
Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.