В понедельник Нассер заявил, что наземные хранилища пустеют с пугающей скоростью. С начала боевых действий в Иране и блокировки пролива глобальные потери нефти достигли 1 млрд баррелей. Каждая новая неделя блокады отнимает у рынка еще 100 млн баррелей.
Резервы на исходе
«Запасы — это единственный буфер, доступный сегодня, но они почти пусты», — отметил Нассер, комментируя отчет компании о росте прибыли за первый квартал. Его слова стали частью общего предупреждения: нефтяной шок грозит перерасти в еще более тяжелую фазу.
Последние 10 недель цены на нефть лихорадило. В конце апреля Brent подскакивала до $126 за баррель, но затем откатилась к $100. Причина — намеки администрации Трампа на возможное долгосрочное урегулирование конфликта.
Однако пролив, через который идет пятая часть мировых поставок, фактически закрыт. Азия уже ввела ограничения на потребление, а западные страны начали активно тратить коммерческие и стратегические резервы.
Июнь станет решающим
Аналитики JPMorgan предупредили: уже к началу июня коммерческие запасы нефти в развитых странах могут упасть до «операционного стрессового уровня». Это лишит мир возможности компенсировать дефицит за счет резервов.
В банке считают, что такой сценарий подтолкнет Вашингтон и Тегеран к сделке, несмотря на разногласия по мирному договору. Если соглашения не будет, последует новый скачок цен на топливо, который разгонит глобальную инфляцию.
«Наш вывод таков: так или иначе, пролив откроется в июне», — заявила Наташа Канева, глава отдела стратегии на рынках сырьевых товаров JPMorgan. Она подчеркнула: рынок поверит только в четкое и подтвержденное обеими сторонами соглашение. «Следующая фаза шока может выглядеть не как традиционный скачок цен на сырую нефть, а как топливный кризис для конечных потребителей».
Ложное чувство избытка
Амин Нассер призывает трейдеров не обманываться цифрами по запасам. Большинство систем мониторинга игнорируют «технологический» остаток — тот минимум, который необходим для работы глобального рынка объемом 100 млн баррелей в сутки.
«Совокупный уровень мировых запасов не отражает реальную жесткость физического рынка, которую мы наблюдаем», — пояснил глава Aramco. Лишь малая часть нефти в хранилищах доступна для использования. Остальное заперто в трубопроводах и технологических минимумах танков.
МЭА координирует крупнейший в истории выпуск стратегических резервов, но скорость выдачи ограничена. «В Европе и США максимум, который можно извлечь из резервов, составляет лишь 2 млн баррелей в сутки», — напомнил Нассер.
Курс на Красное море
Нассер предупредил: если пролив останется закрытым до середины июня, рынки будут лихорадить до следующего года. «Чем дольше длятся сбои, тем больше времени потребуется рынку для ребалансировки», — добавил он.
При этом Saudi Aramco удалось нарастить прибыль в первом квартале. Рост цен на нефть и перенаправление экспорта из Персидского залива в порты Красного моря компенсировали снижение объемов отгрузки с марта.
В связи с этим Aramco рассматривает расширение экспортных мощностей в порту Янбу на Красном море. Это сигнал: компания, главный источник доходов саудовского правительства, намерена радикально снизить зависимость от Ормузского пролива в будущем.
Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.
