Как рассказал Financial Times финансовый директор государственного агентства Панамы Виктор Виаль, объемы судоходства через канал увеличились примерно на 20%. До эскалации в конце февраля через канал проходило в среднем 34 судна в сутки, в настоящее время этот показатель вырос до 38, а в отдельные дни достигает 40–41 судна. Наиболее заметный прирост отмечен в сегменте перевозок нефти, топлива и сухих грузов из США в страны Азии. Число нефтяных танкеров, следующих в Китай, Японию и Южную Корею, практически удвоилось — с семи до 12–14 транзитов в сутки.
Увеличение нагрузки потребовало от администрации канала дополнительных расходов, в частности на оплату сверхурочной работы персонала. Как подчеркнул Виктор Виаль, совокупный эффект от роста числа судов и повышения аукционных тарифов позволяет прогнозировать увеличение доходов на 10–15%. Средняя стоимость аукционного слота для прохода через канал подскочила до 385 тыс. долларов по сравнению с 135 тыс. долларов до начала конфликта. В одном из зафиксированных случаев газовоз заплатил за транзит 4 млн долларов, хотя, по словам директора, большинство судов по-прежнему проходят канал менее чем за 1 млн долларов.
Руководство канала сохраняет осторожность в прогнозах, несмотря на позитивную динамику. «Когда на рынке происходят такие сбои, все быстро меняется, поэтому мы пока не считаем деньги и не меняем прогнозы на год», — пояснил Виаль. В 2025 финансовом году Панамский канал уже получил 4,1 млрд долларов чистой прибыли при выручке 5,71 млрд долларов. Официальный прогноз на 2026 финансовый год составляет 5,8 млрд долларов. Администрация не исключает, что текущий всплеск может оказаться краткосрочным, если геополитическая ситуация стабилизируется быстрее ожидаемого.
Тегеран объявил о блокаде Ормузского пролива 28 февраля после начала совместной военной операции США и Израиля против Ирана. До этого момента через пролив проходило от 15 до 20% мировых объемов нефти, конденсата и нефтепродуктов, а также более 30% поставок сжиженного природного газа. Виктор Виаль отметил, что даже после возможного завершения конфликта часть перенаправленных грузопотоков может остаться на новом маршруте, поскольку компании стремятся диверсифицировать логистику и снизить зависимость от нестабильного ближневосточного региона.
