По оценке директора по закупкам Fort Дарьи Сологуб, в целом по рынку продажи оранжевых вин за последний год снизились примерно на 10%. При этом внутри портфеля самой компании сохраняется рост по отдельным позициям — главным образом за счет премиальных вин известных виноделов. Массового спроса, подчеркивает она, категория так и не сформировала.
Иные цифры приводит вице-президент группы Simple Анатолий Корнеев: в SimpleWine продажи оранжей выросли на 11% в натуральном выражении. Однако, уточняет он, почти весь этот рост обеспечен одной позицией российского вина, на которое приходится около 70% категории. Если исключить этот фактор, продажи, по его словам, напротив, сократились примерно на 20%.
Такую разнонаправленную динамику участники рынка объясняют спецификой сегмента. Как отмечает Дарья Сологуб, оранжевые вина формально относятся к белым, поэтому отдельной статистики по ним нет, что затрудняет точную оценку рынка. С этим соглашается вице-президент Российской ассоциации экспертов рынка ретейла Александр Ставцев: по его словам, без ручного анализа зачастую невозможно определить, относится ли конкретное вино к оранжевым, особенно если производитель не указывает это напрямую.
Сложность категории для массового потребителя — еще один сдерживающий фактор. По словам госпожи Сологуб, оранжи требуют объяснения и потому продаются преимущественно в специализированной рознице и ресторанах, где есть консультация кавистов или сомелье. В массовых каналах продаж они практически не представлены.
Анатолий Корнеев добавляет, что часть потребителей возвращается к более привычным стилям — классическим белым и красным винам. Это связано как с общей осторожностью покупателей на фоне роста цен, так и с тем, что не все оранжевые вина соответствуют ожиданиям аудитории.
О перенасыщении сегмента говорят и в Fort: на волне популярности многие производители, включая российских, активно экспериментировали с оранжами, однако реальный спрос оказался ниже предложения. В результате сейчас часть виноделен сокращает такие позиции, оставляя либо нишевые проекты, либо более дорогие вина с понятной репутацией.
По данным компании LADOGA, доля оранжевых вин в продажах тихих вин не превышает 0,5%. При этом в компании подтверждают, что несколько лет назад категория действительно находилась на пике внимания, но так и не стала массовой из-за своей сложной органолептики. Одновременно внутри отдельных портфелей возможны локальные всплески: например, после появления новых позиций в первом квартале продажи LADOGA выросли в 2,3 раза.
Ценовая динамика в сегменте, по словам участников рынка, в целом соответствует общерыночной. Анатолий Корнеев оценивает рост цен примерно в 7%, а без учета отдельных успешных позиций — до 15%. Дарья Сологуб уточняет, что многое зависит от географии поставок: вина из «дружественных» стран, таких как Сербия или Чили, дорожают менее заметно, чем европейские, на которые действует повышенная пошлина.
География поставок, по данным Fort и Simple, остается преимущественно импортной: ключевыми направлениями являются Европа, Грузия, а также отдельные альтернативные рынки. Российские производители постепенно усиливают присутствие, но их доля пока невелика.
При этом сами виноделы сохраняют интерес к категории. Главный энолог «Кубань-Вино» Артем Васильев говорит о стабильном росте спроса на оранж из автохтонного сорта винограда (выращивающемся только в конкретном регионе) Цитронный Магарача, который компания выпускает уже несколько лет. По его словам, продукт изначально создавался как нишевый и не рассчитан на массовое потребление.
Александр Ставцев считает, что говорить о резком падении интереса к категории некорректно: оранжи изначально занимали небольшую долю рынка и остаются нишевым продуктом. При этом, по его наблюдениям, внутри сегмента происходит сдвиг — от более экстремальных, танинных вин к более деликатным стилям с умеренной мацерацией. Такие вина, добавляет эксперт, востребованы в ресторанной среде, особенно в сочетании со сложной кухней.
В долгосрочной перспективе, сходятся участники рынка, оранжевые вина сохранят статус альтернативной категории. Они останутся пространством для эксперимента — как для производителей, так и для потребителей, — но вряд ли смогут конкурировать с базовыми сегментами. Даже розовые вина занимают лишь около 5% рынка, тогда как доля оранжей, по оценкам экспертов, не достигает и одного процента.
