Минэкономики на основании данных Росстата 1 апреля оценило, что в феврале российский ВВП сжался в годовом выражении еще на 1,5% после на 2,1% в январе. Отмечено, впрочем, что «динамика второй месяц подряд в значительной степени обусловлена календарным фактором»: в феврале 2026 года было на один рабочий день меньше, чем в феврале 2025-го (в январе — на два рабочих дня меньше).
Чтобы подтвердить это, министерство после долгой паузы даже представило свои оценки динамики ВВП с учетом сезонности и календарности — сообщив, что в сравнении с январем показатель в феврале не изменился.
«Динамика выпуска в феврале продолжила отклоняться вниз от прогноза ЦБ на первый квартал. Официальный производственный календарь на 2026 год был утвержден задолго до февральского опорного заседания, поэтому апелляция к количеству рабочих дней в январе—феврале не может служить объяснением отклонения от прогноза», — отмечают аналитики Telegram-канала «Твердые цифры».
Между тем, по данным Росстата, выпуск базовых отраслей в феврале в годовом выражении снизился еще на 2,5%, а в январе—феврале — на 2,8%. Прежде всего — за счет промпроизводства (см. «Ъ» от 31 марта). Эти данные «зашумлены» календарными эффектами, но качественное положение дел в реальном секторе показывают конъюнктурные опросы промышленников. В марте и первом квартале они фиксируют заметное ухудшение состояния сектора. По данным Института народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН, в первом квартале всплеск позитива конца 2025 года сошел на нет. «Фактическое снижение спроса обновило постковидный рекорд, прогнозы продаж вернулись к худшим с марта 2022 года уровням, фактический выпуск опустился почти до худших постковидных значений, планы выпуска опустились до худших с марта 2022 года величин», — пишут авторы обзора. Кроме того, удовлетворенность инвестициями опустилась до минимума всего периода мониторинга этого показателя 2010−2026 годов — только 37% предприятий посчитали свои инвестиции начала текущего года «нормальными».
Хотя зарплаты продолжают расти, потребительский спрос, который должен был стать основным источником роста экономики в 2026 году, пока не дает однозначных оптимистичных сигналов.
Как раскрыл ЦБ в опубликованном 1 апреля резюме последнего обсуждения ключевой ставки, мнения в совете директоров регулятора разделились: одни ожидают скорого восстановления спроса, другие — его дальнейшего сжатия. В январе 2026 года реальная зарплата все еще бурно росла — на 8,6% в годовом выражении, ее прирост с учетом сезонности и календарности к декабрю 2025 года был на уровне 0,1% (в декабре к ноябрю 2025 года — скачок на 1,6%), оценил Игорь Поляков из Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). При этом уровень безработицы в феврале вновь снизился до 2,1%, хотя, по данным ИНП РАН, промышленность по итогам первого квартала продолжила сокращать работников и решила не увеличивать зарплаты.
Отметим, что, по оценке Минэкономики, суммарный оборот розницы, общепита и платных услуг населению в феврале вырос на 1,2% (на 0,9% по оценке ЦМАКП) в реальном выражении после роста на 1,9% месяцем ранее. Однако в ЦМАКП фиксируют, что в среднем за январь—февраль с учетом сезонности и календарности прирост потребления был около нуля (минус 0,1%), так как февральский отскок после январского спада был незначительным (0,3% месяц к месяцу) — продолжилось слабое снижение потребления непродовольственных товаров. В марте, судя по данным «Сбериндекса», потребление граждан перешло к сжатию — на последней неделе месяца (23−29 марта) реальные расходы населения были ниже прошлого года на 0,9%, в частности, за счет резкого падения спроса на перелеты и телекоммуникационные услуги.
На этом фоне стоимость российского сырьевого экспорта, согласно данным сырьевого индекса ЦЦИ, стремится к пикам, которые фиксировались три-четыре года назад. Глава ЦБ Эльвира Набиуллина при этом отмечает, что конфликт на Ближнем Востоке усилил неопределенность относительно тенденций российской экономики и развития цен — но пока слишком рано конкретно оценивать эти последствия.
