Правительства по всему миру в экстренном порядке пересматривают свои энергетические приоритеты. Для Азии, крупнейшего потребителя ближневосточных углеводородов, этот вопрос стоит особенно остро.
Индия уже объявила о планах по созданию стратегических резервов сырой нефти, сжиженного нефтяного газа (СУГ) и природного газа. Индонезия и Малайзия изучают возможность увеличить долю пальмового масла в дизельном топливе, чтобы повысить энергобезопасность и сократить импорт. Япония намерена модернизировать свои нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ), чтобы они могли перерабатывать сырье от более широкого круга поставщиков. Практически повсеместно ускорился переход на возобновляемые источники энергии (ВИЭ).
«Война с Ираном стала суровым напоминанием о том, что Азия по-прежнему крайне уязвима с точки зрения энергетической безопасности», — заявил Уоррен Паттерсон, глава отдела стратегии на сырьевых рынках ING Groep NV в Сингапуре. «Правительствам следует сосредоточиться на диверсификации поставок, создании стратегических резервов и ускорении энергоперехода — и, скорее всего, они именно так и поступят. Устойчивость обеспечивается за счет более диверсифицированной энергосистемы».
Импортеры оказались под ударом структурных рисков
Последствия войны ощутил весь мир, но Азия столкнулась с перебоями в поставках энергоносителей практически сразу после первых ударов США и Израиля по территории Ирана. Из-за географической близости большинство поставщиков для Азии — это страны Персидского залива. Когда Ормузский пролив закрылся, регион попал в крайне сложное положение.
Кризис спровоцировал дефицит энергоносителей в ряде стран — от Индии и Пакистана до Австралии. Запасы топлива на заправках иссякли, что вызвало лихорадочный поиск альтернативных краткосрочных поставок. Китай перенес ситуацию легче благодаря значительным резервам и развитой сети альтернативных источников энергии, но даже он не остался в стороне: Пекин в итоге ограничил экспорт топлива.
По словам Дзюна Сайто, старшего научного сотрудника Японского центра экономических исследований (JCER) и бывшего генерального директора по экономическому и налоговому управлению в аппарате правительства, война наглядно продемонстрировала, насколько сильно Япония зависит от Ближнего Востока.
«Япония выиграла время, задействовав свои стратегические нефтяные резервы и скоординировав действия с другими странами», — отметил Сайто. «Эта комбинация, по всей видимости, сработала достаточно хорошо. Но лежащий в основе структурный риск никуда не делся».
До начала конфликта Япония импортировала около 90% нефти из региона Персидского залива, причем основная часть поставок шла через Ормузский пролив. Чтобы перейти к более устойчивой модели, правительство рассматривает возможность финансирования модернизации НПЗ для переработки нефти из других регионов, сообщает Nikkei.
Азия ищет новых поставщиков СПГ
Аналогичные сдвиги происходят и на мировом рынке сжиженного природного газа (СПГ). Покупатели стремятся обезопасить себя, расширяя пул поставщиков. По данным Bloomberg, Индия, которая ранее сильно зависела от поставок СПГ из близлежащего Катара, теперь переориентируется на другие страны, включая США и Оман.
Сингапур и Таиланд — регулярные импортеры ближневосточного СПГ — также присматриваются к долгосрочным поставкам из США, стремясь сбалансировать свои логистические цепочки. Другие государства, такие как Пакистан и Вьетнам, планируют снизить зависимость от СПГ за счет освоения внутренних запасов газа или ускоренного внедрения ВИЭ.
Рынок СПГ «абсорбировал шок предложения и восстановил баланс», пояснил Эван Тан, аналитик консалтинговой компании ICIS. «Перебои такого масштаба вряд ли повторятся, но эта ситуация доказывает важность наличия сбалансированного портфеля поставок СПГ как из США, так и с Ближнего Востока для любой страны».
В Юго-Восточной Азии Индонезия отреагировала на кризис ускоренным внедрением дизельной смеси, на 50% состоящей из биотоплива, производимого на обширных плантациях масличных пальм.
«Идея заключается не просто в снижении зависимости от импорта ископаемого топлива, а в отказе от ископаемого топлива как такового», — подчеркнул Фабби Тумива, генеральный директор Института реформирования основных услуг (неправительственная организация в Джакарте). «Именно это реально укрепляет энергетическую безопасность. Урок, который Индонезия должна усвоить, состоит в том, что мы не можем полагаться на сырье, которое слишком зависит от геополитики и международных отношений».
Китай справился лучше других
Пока большая часть Азии ищет пути решения проблемы, у Китая — второй по величине экономики мира — уже есть некоторые ответы. Во время кризиса страна сократила импорт нефти, задействовала часть коммерческих резервов и оперлась на возобновляемые источники энергии, мощности которых наращивались годами.
На пресс-конференции в прошлом месяце глава Государственного энергетического управления Китая Ван Хунчжи (Wang Hongzhi) высоко оценил способность страны справляться с кризисом. По его словам, международные обозреватели отметили, что Пекин не только защитил себя от шока, но и выступил в роли стабилизирующего фактора для мировой экономики.
«Глобальный энергетический рынок пережил резкие колебания, многие страны столкнулись с дефицитом энергоресурсов различной степени тяжести, взлетом цен на нефть и нехваткой предложения», — заявил Ван. «Однако энергетическая система нашей страны выдержала удар, сохранив общий баланс спроса и предложения и стабильные цены, продемонстрировав высокую устойчивость».
В настоящее время поставки через Ормузский пролив продолжают восстанавливаться, усиливая понижательное давление на цены и давая правительствам необходимую передышку для оценки вариантов. Однако Паттерсон из ING предостерег от бездействия: «Будущие перебои в Персидском заливе исключать нельзя, поэтому возврат к привычному ведению дел был бы ошибкой».
Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.
