С момента возвращения Дональда Трампа в Белый дом в 2020 году доллар демонстрировал нестабильность, несмотря на традиционную репутацию «тихой гавани». Ослабление доллара объяснялось неопределенностью экономической политики США и чередой внутренних и геополитических потрясений. На этом фоне зарубежные инвесторы пересматривали стратегии, снижая вложения в американские активы. Однако после недавних событий в Иране — атаки и убийства лидера страны — долларовый индекс DXY показал резкий рост. Основную роль при этом сыграл не приток инвестиций в доллар, а относительный отток средств из валют государств, уязвимых к скачкам цен на энергоресурсы.
США, будучи нетто-экспортером нефти, снизили зависимость от валютных колебаний из-за мировых цен на ресурсы. В то же время 10-процентный рост нефтяных котировок по итогам понедельника оказал давление на ряд валют, связанных с импортом энергоносителей. Японская иена просела на 1% к доллару из-за высокой доли импорта нефти, треть которого поступает через Ормузский пролив. Китайский юань упал на 0,8% — как крупный импортер китайская экономика чувствительна к цена на нефть, включая поставки из Ирана, попавшие под западные санкции.
По мнению валютных стратегов, валюты стран Северной Азии также столкнутся с давлением. США намерены продолжать текущую политику ещё несколько недель, что влияет на динамику курсов. Европейские рынки также ощутили последствия атак на Ормузский пролив, обеспечивающий значимый объём поставок СПГ и нефти. На фоне инцидентов цены на газ в Европе поднимались на 50%, но позднее скорректировались. США сейчас занимают лидирующую долю в поставках СПГ в ЕС, хотя Катар, ранее обеспечивавший 6% импорта, был вынужден временно закрыть объёмы из-за обострения ситуации.
Евро опустился по отношению к доллару на 1%, достигнув месячного минимума. Швейцарский франк, традиционно воспринимающийся как безопасный актив, ослабел: национальный банк сдерживает укрепление франка для борьбы с дефляцией. Экономисты Barclays отмечают, что устойчивое удорожание нефти на 10 долларов замедляет темпы глобального роста на 0,2 процентного пункта. Рост цены барреля Brent до 77 долларов 5 января стал менее значимым ударом, чем ожидалось, и вряд ли повлияет на внутренний спрос в США.
В дальнейшем внимание будет сконцентрировано на воздействии высоких цен на нефть на рост инфляции, особенно с учётом того, что базовая инфляция в США превышает 3%. Высокие процентные ставки поддержат американскую валюту, однако длительные перебои с экспортом энергоресурсов могут усилить давление на мировую экономику. Barclays предполагают, что доллар укрепляется на 0,5–1% за каждые 10 долларов роста цен на нефть, что грозит усугублением энергетического кризиса за пределами США.
«Данная информация носит исключительно информационный (ознакомительный) характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией»
